«Я понял, в чём ваша беда: вы слишком серьёзны.
Умное лицо — это ещё не признак ума, господа.
Все глупости на земле делаются именно с этим выражением лица.
Улыбайтесь, господа. Улыбайтесь!»

Карл Фридрих Иероним барон фон Мюнхгаузен

Невезению вопреки

Выпуск №12 / 2013 г.

Про Васю

В одно время у меня на Дзержинке был офис и я каждый день на работу ходил мимо супермаркета. Обычный торговый центр, на первом этаже гастроном, на втором разные павильончики. Под лестницей на второй этаж, этого супермаркета, приютился маленький киоск – “Корма для животных”. Ничем совершенно не примечательный, кроме одного.

Рядом с окошком, стояла обычная обувная коробка, на которой от руки было написано: "На обед Василию". Или "Васе на еду", по-разному. Коробки, со временем ветшали и менялись - менялась и надпись. Не менялся только сам хозяин коробки. Который сидел тут же, внизу.

Это был большой черный угрюмый кот. Целый день он сидел под своей коробкой. Но не просто сидел, нет. У Васи была забинтована передняя правая лапа, с когтей по локоть, и, когда кто-то шел мимо на второй этаж, он эту лапу вытягивал перед собой, наклонял голову набок, и жалобно глядел в глаза прохожему. Вид его при этом менялся разительно! Как у опытного рецидивиста на суде. Из мрачного мерзавца он моментально превращался в такую жалкую пусечку.

Надо ли говорить, что при таких раскладах, Васина выручка за день значительно превышала оборот самого киоска? Я однажды ради любопытства заглянул в коробку. Знаете, мелочи там не было. Васе подавали щедро.

Сперва, наблюдая за Васей, я решил, что это кот продавца киоска. Оказалось, нет. Киоск закрывался, продавец шла своей дорогой, а Вася своей. Скорей всего это был просто дворовый блудный кот. Всё свободное от работы время, пока торговый центр был закрыт, он лазил по окрестностям. Однако каждый день, ровно в половине девятого утра, он садился у дверей магазина и ждал открытия. И повязка на его лапе сияла белизной.

Я наблюдал эту бестию практически каждый день в течение двух лет. Лапа, конечно, у него была абсолютно здоровая, и, в свободное от сердобольных взглядов время, он пользовался ею, как все прочие сородичи. За исключением одной особенности. Где бы Вася ни находился, что бы ни делал, ковырялся ли в помойке, драл ли зазевавшуюся муську, но стоило ему заметить на себе человеческий взгляд, как он тут же бросал всё, садился, вытягивал перед собой забинтованную лапу, смотрел прохожему в глаза, и вид его становился жалким и няшечным.

Но! Если вы один раз прошли мимо и ничего не положили в коробку, вы становились для него пустым местом. При виде вас он уже не тянул лапу и не делал жалкий вид. Он вас просто не замечал. Он помнил всех. Я не встречал в жизни другого живого существа, умевшего так наглядно продемонстрировать, что вас не существует. Неприятное, знаете ли, ощущение. Когда вы вроде есть, а вас нет.

Ну вот. А потом помещения на втором этаже выкупил банк, и торговлю оттуда убрали. Киоск с едой для животных перекочевал на два квартала к центру. А Вася пропал. Не сразу пропал, нет. Ещё какое-то время он каждый день, с половины девятого, стабильно занимал своё место у двери. И ждал открытия. Но дверь не открывалась. Васю конечно подкармливали продавцы из гастронома. Но идти туда он категорически не желал.

Не желал он и перебираться на новое место. Продавщица из киоска жаловалась:

- Я его три раза забирала! И коробку ставила! Не сидит, зараза! Хоть привязывай!

Конечно ей было печально. Такой кусок дневной выручки ушел мимо кассы.

А потом Вася совсем пропал, и я про него забыл. Пока где-то спустя, наверное, уже год, не заехал случайно на заправку на Старой Ярославке. На пустой заправке прямо под окошком кассы сидел большой черный угрюмый кот. С забинтованной лапой. Правой передней.

- Вааааася! – радостно сказал я. – Так вот ты где, каналья! На работу устроился?

Вася продемонстрировал полное отсутствие меня в окружающем его пространстве.

- Ааааа! Помнишь меня, сукин кот! - засмеялся я Васиному злопамятству, но нисколько не расстроился.

Получив в кассе сдачу, отделил пятидесятирублёвую купюру, сунул её Васе под нос, и со словами:

- Вот! Смотри! – демонстративно положил в стоящую возле окошка кассы пластиковую коробку с солидной надписью: "ДЛЯ КОТА".

Вася и ухом не повёл.

- Ну и ладно! – сказал я, развернулся, и пошел своей дорогой.

- Мрряяяуу! – внезапно раздалось сзади.

Я удивленно обернулся.

Вася сидел, протягивая ко мне свою забинтованную лапу, и вид у него был такой жалкий и несчастный, что хоть плачь.

P.S. После того, как я опубликовал эту историю в жэжэ, пришел вот такой комментарий:

"Здравствуйте! Я случайно прочла Ваш рассказ, и решила написать про Васю. Знаете, я работала кассиром на АЗС, про который Вы пишете. Сейчас, правда, сижу в декрете.

Вася умер примерно год назад, мы все так переживали. Мы привыкли к нему, он жил у нас на АЗС, его все любили, и сотрудники, и водители, кто постоянно у нас заправляется.

А из тех денег, которые он "зарабатывал", мы не брали себе ни копеечки, чтобы кто чего не подумал. Мы на них покупали кошачью еду, и отдавали женщине, которая кормит неподалеку бродячих кошек и собак. Мы не давали ей денег, а сами покупали корм. А "зарабатывал” он немало. Так что Вася кормил не только себя, но и многих своих собратьев. Земля ему пухом.

Спасибо Вам за Ваш рассказ."

К еврейскому аптекарю вбегает продавщица.

«Абрам! Какой-то еврей хочет покончить жизнь самоубийством и просит бутылочку с цианидом за 50 центов!!!»

«Бедняга. Надо его спасать. Скажите ему, что бутылочки с цианидом стоят уже 60 центов.»

 

Эпитафия на могиле Змея Горыныча:

«Он был рождён чтобы летать, имел пламенное сердце, владел тремя языками, и ценил женскую красоту.»

Гексогеныч

 
   
КренделекРу - сайт ценителей тонкого юмора.
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru